Храму «Всех скорбящих Радость (с грошиками)» 20 лет!

Храму «Всех скорбящих Радость (с грошиками)» 20 лет!

348
0
ПОДЕЛИТЬСЯ

20 лет мы радуемся «Радосте нашей», несем Ей свои скорби, и 20 лет Она покрывает нас «честным свом омофором».

Мне сегодня хочется поделиться со всеми вами историей «рождения» храма и историей своего второго, настоящего рождения, чтобы развеять «мифы» о себе, о моей дороге к храму, о моих поисках Бога.

В 20-летний юбилей нашего храма и «собирания» прихода я получила благословение рассказать вам об этом лично! Возможно, и сейчас не нужно рассказывать, ведь в большей части придется рассказывать о себе.  Кто хочет вспоминать свои ошибки, совершенные в молодости, когда живешь без Бога и в надежде только на себя.   Появилась мысль –все, что произошло со мной, кого-то сможет укрепить в вере, приблизить к Господу, уберечь от искушений. Но прежде всего, хочется прославить Господа за Его милость!

В Сургут я приехала из Челябинской области после окончания техникума в 1977 году и все время работала в торговле — от старшего продавца до директора. Руководителем была продолжительное время, поэтому многие приобретенные «навыки» и мои действия могли также повлиять на меня, мое мировоззрение, мой характер.

В День Ангела, 30 сентября 1998 года, я по приглашению подруг оказалась в храме «Преображение Господне». Как все «захожане», поставила свечи. Одна из подруг, Людмила, предложила нам зайти к новому настоятелю храма отцу Петру Егорову за благословением, она уже была с ним знакома и давно открыла для себя дорогу в Храм. Я, честно говоря, мало что понимала — что такое благословение и для чего нужно его брать, но интерес познакомиться с батюшкой возник. Из любопытства захотелось увидеть нового настоятеля поближе, тем более, что в то время мы переживали о предыдущем настоятеле, отце Викторе. Мы были воздыхателями по поводу его смещения и ревностно следили за данным процессом.

Служащая храма сопроводила нас в кабинет к настоятелю, отцу Петру. Нас усадили в кабинете   у отца Петра, а он о чем-то говорил и говорил. Для меня это было скучно, непонятно и не близко моей натуре. Я это показывала всем своим поведением: часто поглядывала на часы, давая понять, что мы люди занятые и что нам пора уходить, что это пустая трата времени. А то, о чем говорит священник, —  это из далекого прошлого и точно не про нас и не для нас.

Однако из вежливости успокаивала себя лишь тем, что батюшку надо пожалеть —  он же газет не читает, ТВ не смотрит (так я искренне думала), а ведь век-то уже другой. Кое-что все же врезалось в память из того, о чем говорил батюшка: «Вот вас сейчас называют предприниматели, а в прежние-то времена могли бы вас назвать помещики либо купцы, так они не только думали о себе и о своем бизнесе, о своей выгоде, а делали много добрых дел для своей местности, для своих односельчан или горожан. Строили, восстанавливали храмы, богадельни, дома приютов. Вот и вы объединитесь, да и постройте храм». Повторюсь, что слова запомнились, но они были не близки и противоречивы для моей натуры. И я еще раз пожалела его: как мы уже ушли далеко вперед в своем прогрессе, а батюшка так и остался еще где-то там…

В то время я была совсем не воцерковлена, знала больше ереси, доверялась «бабкам». Думала в то время, что в храм ходят те, кому делать нечего, и, может, я, когда буду старой, тоже пойду.

Но не тут-то было! Мы можем мыслить, думать по-разному, по-своему, а Господь сотворит по Своему Промыслу, по Своей любви и милости (так я сейчас думаю). Тогда было сложно понять, что встреча с батюшкой и его беседа с нами оставила во мне свой след. Только по прошествии многих лет осознаешь — воздействие Господа через священника.

Примерно через два или два с половиной месяца после встречи с батюшкой проскользнула неожиданная для меня мысль, что мне нужно строить храм, но она быстро улетучилась. И все же мысль эта с нарастанием могла появляться и задерживаться в моей голове, я всячески старалась от этой мысли уйти, избавиться от нее. Однако со временем она переполняла меня, это становилось навождением. По-прежнему она мне не была близка и очень меня пугала. Я не знала, куда от нее деться и куда бежать.  Я уже не могла молчать и поделилась с родственниками, но они меня не поняли и не поддержали. Поделилась с друзьями – та же самая реакция! Мне задавали вопросы: что с тобой?  Все ли нормально? Я и сама тогда не понимала, что со мной. Тогда я поделилась с человеком, который единственный меня поддержал — это был муж моей подруги и звали его Андрей. Выслушав мою сумбурную речь, он сказал: «Ну, что ты плачешь? Если надо строить храм, так давай строить!». Этих слов было достаточно в тот момент.  После этого все пошло своим чередом.

Сейчас можно сказать, что я была всего лишь «инструментом» в руках Божиих. Я мало что делала, но появлялись люди, которые были делателями Храмостроительства. Уже в 7 июня 1999 года Татьяна Дмитриевна Кушнир (уже ее нет с нами) помогла с выбором места земельного участка. Выбор был ею предложен — три земельных участка в микрорайоне НГДУ. В то время отец Петр Егоров был благочинным, и он сделал выбор именно этого места, где сегодняна находится храм. Татьяна Дмитриевна согласовала участок со всеми инстанциями и, что удивительно сейчас для нас, в то время еще не был юридически создан Приход (это произошло 6 апреля 2000 года), а земельный участок уже был для него зарезервирован на Тобольско-Тюменскую епархию.

Вот так на примере своей собственной жизни я убедилась, как долготерпелив и милостив Господь ко всем нам, спокойно и беспечно (до поры до времени) живущим суетной мирской жизнью без Него. Теперь, спустя много лет, я понимаю, что все это был промысел Божий обо мне, что так Он готовил мне путь к моему спасению, потому что впереди ждало и ждет много испытаний и искушений. А Господь всегда рядом!

Любовь Веремеева

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.